Они не могли появиться мгновенно, их не могли откуда-то завезти. Оказывается они были в Киеве всегда. Были во Львове, в Черновцах, в Тернополе, были в Украине везде.
Вы помните это ощущение счастья, особенно в первую неделю Майдана?
Помните эту вспышку любви? Как мы потянулись друг к другу.
Вспомните, как мы тогда устали от этих бесконечных кучм, кравчуков и остальной сволочи, с их удушающей ложью.
Как нам был отвратен надвигающийся наглый Янукович со своими масленными глазками разожравшейся морской свинки.
Вы помните о чём мы тогда не говорили на Майдане?
Мы не говорили о своих деньгах.
То, что так важно, всегда, и везде, на Майдане, было не важно.
Когда говорят, что экономика, это самое главное, в лучшем случае это миф, или ложь.
Душа находится не в желудке, или печени. Но ведь она есть, душа.
Вспомните, те, кто был, тогда, на Майдане, какой это был кайф, драйв, какое ощущение чистоты, среди той бесконечно тупой кучмовско-янучарской лживой грязи.
На Майдане наши души были рядом.
Мы тогда сделали всё.
Кроме одного.
Поток той энергии, не был вложен ни в одну из реформ.
Любая реформа, это освобождение от чего-то, изменение чего-то.
Мы ни от чего не избавились, и ничего не изменили. Вернее, они, ничего не изменили, и ни от чего не избавились.
Хотя чего можно ожидать от этих сообразительных, но вечно голодных желудков?
Разве у желудка есть душа?
Человек умирает не от голода, а от страха. Но, не есть, можно достаточно долго, это пугаемся мы быстро. Хотя страх потерять большинство из того, что мы так боимся потерять, в конце концов оказывается мифом.
Человек может прожить без очень многих вещей. Как оказывается, потом.
Те кто были на Майдане, те кто ощутили его, в 2004-м, видели счастье.
Счастье, это – свобода. И любовь.
